Роднина: распад СССР стал для меня личной трагедией и переломом для всей страны
Трехкратная олимпийская чемпионка в парном фигурном катании и ныне депутат Государственной думы Ирина Роднина откровенно высказалась о своем отношении к событиям 1991 года и исчезновению Советского Союза с политической карты мира. По ее словам, она до сих пор воспринимает распад СССР не как историческую неизбежность, а как огромную личную и национальную катастрофу.
По признанию Родниной, крушение Союза стало ударом по ее идентичности. На протяжении всей спортивной карьеры она выходила на лед под флагом СССР, представляла эту страну на крупнейших соревнованиях, завоевывала медали и слышала гимн именно этого государства. Для нее это было не просто место рождения или работы, а страна, с которой она связывала свою судьбу и в спорте, и в жизни.
Она отмечает, что особенно тяжело переживала факт, что той державы, за которую воевали ее родители, внезапно не стало. Мать Родниной прошла всю Великую Отечественную войну, испытала тяготы фронтовой жизни, вернулась в страну, которую помогала отстоять, а спустя десятилетия эта страна растворилась в политических пертурбациях начала 90-х. Именно это, по словам Ирины Константиновны, делает произошедшее особенно болезненным и в моральном, и в человеческом плане.
«Для меня распад Советского Союза — катастрофа. Я потеряла страну, за которую выступала, ради которой тренировалась, а мои родители воевали за ее будущее. Мама прошла через всю войну, а потом в один момент оказалось, что государство, за которое она рисковала жизнью, перестало существовать», — говорит Роднина. Она не исключает, что процессы, приведшие СССР к распаду, копились давно, но для себя однозначно формулирует: это было именно сокрушительное событие, а не естественный и безболезненный этап развития.
Особенно ярко, по ее словам, запомнился 1991 год. Тогда у миллионов людей, как формулирует Роднина, «жизнь просто обрушилась». Речь шла не только о смене флага и герба, а о полном изменении привычного уклада: исчезали гарантии, рушились прежние социальные лифты, система ценностей и даже сама логика повседневности. Люди сталкивались с падением уровня жизни, неопределенностью, страхом перед будущим и необходимостью выживать в условиях, к которым их никто не готовил.
При этом Ирина Роднина подчеркивает: даже те, кто сегодня говорит о распаде СССР как о позитивном событии, не могут отрицать масштабности перемен. «Кардинальные изменения коснулись всех без исключения. Да, кто-то спустя годы может сказать, что лично ему стало жить лучше, что открылось больше возможностей, но отрицать, что перелом был жестким и болезненным, невозможно», — считает она.
По ее словам, в обществе выделились сразу несколько групп. Одна часть сумела быстро приспособиться к новым экономическим и политическим условиям, реализовать себя в бизнесе, политике, творчестве. Другая же оказалась выброшена на обочину новой жизни — люди не смогли переучиться, принять новые правила, справиться с конкуренцией и постоянной нестабильностью. Многие потеряли не только работу и сбережения, но и уверенность в завтрашнем дне, а вместе с ней — и ощущение собственного достоинства.
Роднина говорит и о том, что для поколения, чья юность и зрелость пришлись на советское время, распад страны означал еще и внутренний ценностный кризис. Разрушались не только институты, но и привычные представления о справедливости, долге, коллективной ответственности. Люди, воспитанные в идее служения государству и обществу, внезапно увидели, что прежние ориентиры больше не работают, а на смену им пришли рынок, личная выгода, жесткая конкуренция. Не все смогли психологически принять такую трансформацию.
Для спорта, к которому Роднина имеет прямое отношение, эти события также стали испытанием. Советская система подготовки спортсменов, со всеми ее плюсами и минусами, обеспечивала высокий уровень, устойчивое финансирование, четкую структуру. После 1991 года финансирование резко сократилось, тренеры и спортсмены оказались в ситуации неопределенности, многие были вынуждены уезжать, искать возможности за границей, кто-то завершил карьеру раньше времени. По мнению Родниной, это был удар по целым видам спорта, включая фигурное катание.
Она вспоминает, что еще в советские годы спортсмен чувствовал за собой огромную страну, понимал, что представляет не только себя, но и многомиллионный народ. После распада СССР появилось множество независимых государств, и каждый бывший советский спортсмен оказался перед выбором, какое гражданство принять, под чьим флагом выступать. Для многих это был не просто формальный шаг, а тяжелое эмоциональное решение, связанное с ощущением утраты прежней общности.
Став депутатом, Роднина не раз обращалась к теме 90-х годов в своих публичных выступлениях. Она подчеркивает, что важно не идеализировать прошлое, но и не относиться к нему как к чему-то бесценному только потому, что эти годы остались в памяти как «время свободы». По ее мнению, честный разговор о распаде СССР неизбежно включает признание колоссальной цены, которую заплатили миллионы людей за политические и экономические эксперименты того периода.
Отдельно она говорит о поколенческом разломе. Те, кто родился уже после 1991 года, часто не до конца понимают эмоциональную реакцию старшего поколения на исчезновение СССР. Для молодых это далекая история, для их родителей и бабушек с дедушками — пережитая в реальном времени драма. Роднина считает, что задача старших — не навязывать ностальгию, а объяснять, что произошло, почему для многих это стало шоком, какие выводы необходимо сделать, чтобы подобные ломки не повторялись.
Ирина Роднина признается, что ее позиция по поводу распада Советского Союза сформирована не только личной биографией, но и опытом общения с людьми разных профессий и возрастов. В ее представлении, трагедия состояла не только в разделении территорий и смене границ, но и в том, как стремительно оказалось обесцененным все, что десятилетиями считалось основой жизни: трудовые достижения, государственные награды, социальные гарантии. Люди ощутили, что вчерашние заслуги внезапно перестали что-либо значить в новой системе координат.
При этом она признает: часть общества действительно увидела в распаде СССР шанс на перемены, новые возможности, свободу инициативы и самореализацию. Кто-то воспользовался открывшимися перспективами, построил бизнес, сделал карьеру, попробовал себя в тех сферах, которые в советское время были закрыты или жестко регламентированы. Но даже для них отправной точкой стала именно та самая «катастрофа», когда старый мир разрушился, а новый еще не был создан.
Подводя итог, Роднина подчеркивает: ее личное отношение к распаду Союза остается неизменным — она видит в этом событии прежде всего национальную трагедию, с последствиями которой страна и люди живут до сих пор. Однако, по ее мнению, важно не только скорбеть по ушедшему, но и трезво оценивать уроки той эпохи: понимать ошибки, просчеты, причины распада и то, как избежать повторения подобного сценария в будущем. Только осмыслив прошлое, считает она, можно строить устойчивое и ответственное завтра.